Мусульманин года

Я приехал в южную Калифорнию всего на один день, чтобы получить ежегодную премию, которой Исламская информационная служба награждает «мусульманина года». Как и многие мусульмане-иммигранты, занимающиеся наукой, доктор медицины Назир У. Хаджа, уролог, выходец из Индии, закончивший Гарвардскую медицинскую школу, посвящает огромную часть своего времени исламскому дауа (призыву). Фильмы и видеоматериалы, которые он снимает вместе с Фаруком Убайси в Алтадене, проводя интервью с такими людьми, как Мухаммад Асад и Аннемари Шиммель, расходятся по всему мусульманскому миру. Возможно, он решил сделать меня лауреатом своей премии именно из-за популярности среди американских мусульман видеоматериала («Путешествие в Ислам»), который он создал вместе со мной в мае 1997 г. За ним должен был последовать еще один видеоматериал, отснятый по случаю настоящего события («Новые подходы – новое тысячелетие»).

Это событие, как и обычно, сопровождал почти профессиональный сбор средств, который дал около 500 тысяч долларов, что свидетельствует как о достатке, так и о духе пожертвования уммы (общины) в США.

Но все же на протяжении всей поездки у меня было нехорошее чувство, поскольку я не желаю состязаться с другими братьями и сестрами фи сабилиллах (на пути Аллаха), как и не хочу ощущать себя, или даже становиться, «профессиональным мусульманином», который делает Ислам своим ремеслом.

Три года назад Шабан Курт, владелец и редактор исламского издательства «Джагры Яинлары» («Призыв»), что в стамбульском районе Тюрбе, попросил меня помочь ему выпустить перевод Корана на немецкий язык на основе перевода, автор которого назвался псевдонимом Макс Хеннинг (Лейпциг, 1901). Курт уже переиздал английский перевод Марма- дьюка Пиктхолла и работал над подготовкой к изданию старых франко- и русскоязычных переводов. Он выбрал вариант Хеннинга по убедительным причинам: на эту работу уже не распространялось авторское право, она была единственным, адекватным, по мнению мусульман, переводом Корана на немецкий язык, сделанным немусульманином.

Я даже не представлял, во что ввязываюсь, когда ответил «да». Во-первых, старый текст нужно было переписать с готического латинским шрифтом, а его аяты следовало полностью перенумеровать, так как они все еще располагались в соответствии с устаревшей нумерацией, введенной Августом Флюге- лем в XIX веке. Кроме того, Введение и практически все сноски оказались настолько анти- или неисламскими, что их необходимо было заменить. Алфавитный указатель также не соответствовал требованиям, поскольку основывался исключительно на понятиях, номинально встречающихся в тексте. (К примеру, такое понятие, как гомосексуализм, отсутствовало).

 

Comments are closed