Паломничество в Мекку

Мы наслаждаемся драгоценным ощущением гостеприимства и полной безопасности среди собратьев. Здесь кажется материализуется значение слова «салям!» (мир!). Достоинство, красота, вера, интернационализм.

Мы – частицы огромного космополитического целого. В Мекке исчезают расовые различия. И совершая поклоны, только во время молитвы, я по различиям в цвете кожи на ногах могу догадываться о присутствии здесь представителей всех рас и континентов.

Абсолютная простота Каабы – прототипа любого трехмерного объекта – и есть ответ Ислама на вопрос о визуальном символе совершенства Бога. Если Он – как указывает Ибн Сина – это простота в самой наивысшей степени, тогда этот пустой, лишенный украшений, неправильной формы шероховатый куб символизирует Его лучше, чем любой другой из осуществимых архитектурных проектов. Кааба представляет собой “фиксированную точку”, так как служит киблой (центральной точкой по направлению к которой совершают молитвы во всем мире), символическим якорем мировой религии, знающей как нельзя лучше, что Бог – не на Западе и не на Востоке, а вне пространственно-временных границ.

Готические соборы и церкви в стиле барокко блекнут рядом с этим архитектурным решением для «дома Бога», превращаясь в ничтожные украшения.

После ритуального семикратного обхода Каабы (тауаф) под звездным небом мы останавливаемся у Черного Камня (аль-хаджар аль-асуад), водруженного Мухаммадом, и к которому стали направлять свои поцелуи и возгласы многочисленные паломники. Этот обычай вызывает немало предрассудков у людей, которые никогда не задумываются над тем, что христианские паломники в Риме, целуя большой палец на ноге св. Петра, тем самым поклоняются кусочку металла.

Но подобные подозрения вряд ли возникли бы при виде паломников в Мекке, даже если высеченные из камня божества действительно были весьма популярны в доисламской Аравии. Несмотря на то, что символы могут очищаться от лежащих в их основе идей, это не обязательно происходит именно так. Каждая фраза «Аллаху акбар!» (в переводе Лоуренса Аравийского – «Велик лишь один Бог!») является живым отрицанием мнимого поклонения простому черному камню.

Comments are closed