Сунниты и шииты

Большинство мусульман знают, какую важную роль играла Персия в Исламе и для Ислама со времени его возникновения. Салман, финансовый советник МухаммадаШ, был персом по происхождению, как и многие из величайших умов в истории исламской науки и философии, от Аль-Фараби и Ибн Сины до Аль-Газали и Аз-Замахшари. Знают мусульмане и о небывало богатой фантазии в вопросах религии, которой отличались Персия и персы на протяжении столетий. Ведь ни одна другая страна не создала и не приютила у себя так много разных религий: солнце- и огнепоклонников, гностиков, платоников, зо- роастрийцев, маздеитов, манихеев, парсов, друзов, несториан, ахль аль-хакк1, йезидов (на которых поставили клеймо «дьяво- лопоклонников»), алавитов, бабитов (или бахаитов), шиитов седьмого и двенадцатого имамов. И это далеко не все.

Однако сколь бы критично ни относился мусульманин- суннит (иначе говоря, большинство мусульман) к теологии и обычаям шиитов, он никогда не позволит себе заявить, что шиит – не мусульманин. Право выносить такой приговор имеет лишь одна власть – Бог. И Он один знает лучше. Мухаммад Ш сказал: «Когда человек зовет своего брата неверным, осуждение обращается на него» (Муслим. Сахих. – Кн. I).

Противоборствующие взгляды суннитского большинства и шиитов коренятся в политической ситуации, развившейся вскоре после смерти ПророкаШ. В отличие от суннитов, шииты не признают равенства всех правоверных в том, что касается способности правильно и в полной мере понимать весь Коран. Это и, как следствие, выполнение функций халифа считается привилегией близких кровных родственников Мухаммада и их потомков.

Подобный подход, который заключается в том, что претендовать на титулы, а то и на духовный сан, в Исламе могут лишь избранные, имеет далеко идущие последствия. К примеру, шииты отвергают как незаконных трех первых халифов (предшественников зятя Мухаммада Али) и весь свод их решений и традиций. Хуже того, подход шиитов урезает идеал равенства в Исламе, его интернациональный и глобальный характер. Спокойствие и рассудительность («терпение в несчастье») – отличающие идеал суннитов – также резко противоположны революционному протесту шиитов с его едва ли не основополагающим мрачным гневом, который находит свое крайнее выражение в публичном бичевании. Трудно понять, как Ислам – названный в Коране религией среднего пу- ти1 – вообще мог примириться с подобными перегибами.

Мусульман увещевают быть реалистами. А если они таковыми являются, то не могут не придавать значения тому, что западное восприятие происходящего ныне в Исламской Республике Иран резко ограничивает перспективы признания Ислама на Западе – по крайней мере до тех пор, пока между суннитами и шиитами ошибочно не видят разницы.

Огромная тяга Ирана к служению Богу дает нам прекрасный пример того, как – по терминологии Макса Вебе-ра – этика, сосредоточенная на мотивации (Gesinnun- gsethik), может быть деструктивной в мире, предпочитающем этику, сосредоточенную на результатах действия (Verantwortungsethik).

Comments are closed