Буржуазное общество

Буржуазное общество не могло терпеть занесенного над ним кулака феодальной России. Всякий повод был хорош, чтобы избавиться от Николая. И заслуга Наполеона III состояла в том, что он верно оценил, где надо искать уязвимую сторону русского самодержца—ту точку, где он должен был сосредоточить против себя наибольшее противодействие своих западных соседей без различия, были ли они у себя дома представителями старого порядка или революции. Этой точкой был, конечно, не Иерусалим с его мелкими церковными дрязгами, а Европейская Турция, Балканский полуостров с Константинополем включительно. Что „ключи были для Николая только придиркой, в этом едва ли могло быть сомнение даже в то время, как скоро стали известны разговоры, какие он вел с английским послом в Петербурге,—делая последнюю попытку разорвать союз „морских держав. Здесь вопрос о дележе наследства больного человека ставился так конкретно, как этого никогда еще не делал Николай Павлович: Молдавия, Валахия, Сербия и Болгария отходили к России, Крит и Египет к Англии. Только о Константинополе стеснялись говорить прямо—но Николай давал понять, что, быть может, ему придется взять этот город „в виде залога. Присутствие у власти полу-торийского министерства, явно избегавшего столкновения с Россией, которое пошло бы на пользу только революционерам, сильно поощряло его на этом пути, питая в нем иллюзию русско-английского союза. Но он скоро должен был увидеть, что инициативу разделки с ,больным“ человеком ему придется взять на себя.

16 февраля 1853 года в Константинополь прибыл чрезвычайный посол русского императора, князь Меншиков.

Он начал с того, что категорически потребовал удаления турецкого министра иностранных дел, по мнению Николая, недобросовестно действовавшего в вопросе о святых местах. Ошеломленная Порта уступила беспрекословно. Затем новому министру был предъявлен список дальнейших русских требований, с предписанием—хранить его в строжайшей тайне, особенно от запад но-европейских дипломатов. Нет надобности говорить, что содержание этого списка стало немедленно же известно наиболее заинтересованному из последних—английскому посланнику.

Comments are closed