Фельдмаршальские эполеты

Но от иллюзий, созданных легкостью победы здесь, он не мог уберечься: ему стало казаться, что на Кавказе, вообще, весьма легко делать завоевания. „Кончив, таким образом, одно славное дело,—писал Николай Паскевичу, посылая ему фельдмаршальские эполеты,—предстоит вам другое, в моих глазах столь же славное, а в рассуждении прямых польз гораздо важнейшее,—усмирение навсегда горских народов иди истребление непокорных». После первой же удачной экспедиции император был уже «несомненно уверен, что усмирение прочих непокорных народов Кавказа вскоре увенчает усилия» победителя Эривани, Ахалцыха, Карса, Эрзерума и прочих «твердынь»: и могло ли, казалось, быть иначе?

В глазах русской администрации начала XIX в. все народы, населявшие Кавказский хребет и его предгорья, были на одно лицо: все это были «мошенники» и «злодеи». В глазах русского обывателя не только того, но и много более позднего времени, все Это были «черкесы»—и, конечно, тоже «коварные хищники» г). Борьба с ними казалась неизбежной для России, как и для всякого благоустроенного государства, имевшего несчастие стать их соседом: они же делали «набеги» и, по-видимому, это была основная их профессия,—как иначе было с ними поступать? Однако, даже русские офицеры,—если они по происхождению

сродни тем, с кем приходилось им воевать,—должны были признать, по крайней мере, односторонность такого объяснения. Вот как, например, объясняет начало столкновений между русскими и чеченцами один русский ротмистр,—чеченец родом, но воспитывавшийся в русском кадетском корпусе, и официальный патриотизм которого не может подлежать ни малейшему сомнению: по его мнению, «издавна вольные чеченцы» стали «наслаждаться свободою» только после покорения их русскими. Для понимания его рассказа, вспомним, что русские колонисты > еще в XVII веке встречаются к югу от Терека и Сунжи—и лишь в XVIII оставляют эти места. «Опасаясь русских и полагая, что они так же легко могут возвратиться в Чечню, как могли оставить ее, они (чеченцы) селились сперва хуторами, да и то в неприступных местах ущелий, лесов и проч.

Comments are closed