Местная администрация

Исходный точкой ермоловской политики по отношению к горцам составляли, конечно, «набеги».

В одном официальном документе русский главнокомандующий свидетельствует даже, что этим полюбовным соглашениям не чужда была и местная администрация: он нашел «чиновников сих (казачьих) войск, вдававшихся в ябеды и распутства, и некоторых из них даже в участии в воровстве с заграничными хищниками». В других случаях, как видно из одного приказа Ермолова, казаки нарочно допускали партию черкесов сделать набег,—чтобы иметь законный повод к репрессалиям, с лихвой вознаграждавшим их за потерянное при этом набеге. Несмотря на все это, ответственность за набеги ложилась только на горцев и притом вовсе не на одних тех, которые были уличены в соучастии с хищниками, а на всех соседних горцев вообще. При постоянных порубежных столкновениях это делало жизнь пограничных с Россией] племен совершенно невыносимой. Вот, например, в какой обстановке жили при Ермолове чеченцы на плоскости,—наиболее близкие к нам соседи. «В случае воровства каждое селение! обязано выдать вора, а если он скроется, то его семейство. Но если жители дадут средство к побегу всему семейству вора! то целое селение предается огню. Точно так же обещано поступить с селением в том случае, если жители, видя, что хищники увлекают в плен русского”, не отобьют его или не отыщут; и с такой деревни за каждого русского, взятого в плен, приказано брать в солдаты по два человека туземцев. Известно было, что без пособия и укрывательства самих владельцев горцы не могло проезжать от реки Суижи, а потому по всему пространству своих земель владельцы должны были иметь постоянные караулы. Если же затем, по исследованию, окажется, что жители беспрепятственно пропустили хищников и не защищались, то деревня истребляется, жен и детей вырезывают.» «Таким образом жители, по-прежнему продолжая воровство и разбои» (или даже только не сопротивляясь разбойникам, прибавим мы), «непременно истреблены будут». И это не была пустая фраза—чеченцы могли рассказать о случаях, когда за убийство одного казака истреблялись до последнего жители целого аула, А чтобы иметь постоянно под руками объект для мести—ибо находившиеся на свободе горцы могли ведь и убежать—от пограничных племен неукоснительно требовали заложников,— обыкновенно из молодежи самых влиятельных семей. При малейшей «измене» (притом часто и не их родичей, а просто соседних горцев) их вешали—в лучшем случае ссылали в Сибирь.

Comments are closed