По славянофильскому трафарету

По славянофильскому трафарету, Турцию представляли себе там умирающей: если славянофильским публицистам, напр., Ив. Аксакову, приходилось говорить об „Османе", то он всегда представлялся им корчащимся в предсмертных судорогах, покрытым с ног до головы язвами, и т. д. Игнатьев разделял и, своим авторитетом знатока Турции, подкреплял эти иллюзии. То, что турки целый год не могли справиться с герцеговинскими повстанцами, казалось, вполне подтверждало мнение славянофилов, а что турки были в своих действиях связаны по рукам и по ногам европейской дипломатией, конечно, не принималось в соображение. В то же время, националистическое движение в турецких провинциях быстро вырождалось в настоящую черносотенную анархию, напоминавшую погромы христиан в 20-х годах, в дни греческого восстания. Жертвами черносотенных вспышек становились иногда даже европейские дипломаты (как это случилось с французским и германскими консулами в Салониках, в мае 1876 г.), но гораздо чаще страдала христианская „райя“. Попытка восстания болгар в Родосских горах была поводом к такой свирепой резне, которая всколыхнула общественное мнение всей Европы и довела воинственное настроение русских славянофилов до крайних пределов. Но, в связи с предвзятым мнением о слабости Турции, Это настроение вылилось в своеобразную форму: настоящую войну с этой насквозь прогнившей державой считали, пожалуй, и излишней. С Турцией, казалось, возможно справиться и кос-, веяно—через посредство славянских государств Балканского полуострова, Сербии й Черногории—при некоторой материальной поддержке и руководстве со стороны России. Из этих государств Черногория уже состояла в войне с Турцией; оставалось втянуть в войну Сербию.

Чтобы понять тактику русской дипломатии относительно Сербии, надо иметь в виду, что никакого националистического славянского движения в 1876 году на Балканском полуострове не было. Существовала, правда, революционная националистическая организация нечто в роде греческой гетерии начала столетия, но она по значению и влиянию далеко не могла равняться с последней.

Comments are closed