Присоединение Австрии

Уже то, что он так охотно жертвовал поляками, своим авангардом на Висле, показывало австрийским дипломатам, что они имеют дело не с тем Наполеоном, каким он был в 1807 году. Готовность к дальнейшим пожертвованиям окончательно укрепила их в убеждении, что ,великий человек пошатнулся на престоле1 (le grand homme est a cote du trone). Примкнуть к коалиции, очевидно, было надежнее, чем оставаться вместе с Наполеоном; и Франц сначала объявил союзный договор, заключенный им в 1812 году с зятем, не существующим, а затем 12 августа (н. ст.) объявил ему войну. Коалиция развертывалась теперь перед Наполеоном в таком полном составе, какого она еще никогда не имела.

Присоединение Австрии увеличило силы союзников, и без того значительно возросшие за время перемирия, еще на

110.000  человек: численный перевес, и притом громадный, был теперь безусловно на стороне коалиции. Тем не менее первые шаги союзников по открытии военных действий живо напоминали сцены из двух первых коалиций. Главнокомандующим союзных армий был назначен австрийский фельдмаршал Шварценберг,—хороший дипломат, остававшийся таковым и на поле битвы. Он заботился не столько о единстве и целесообразности своих распоряжений, сколько о том, чтобы они не вызывали возражений со стороны союзных монархов, в полном составе присутствовавших при армии. Под Дрезденом он был за штурм, когда думал, что Александр Павлович его желает—и против штурма, как только выяснилось обратное. В результате, штурм не был формально предписан, но не был формально и отменен, отдельные колонны действовали по вдохновению своих начальников, и поражение было полное. Этот учтивый главнокомандующий и его штаб настолько мало были подготовлены к своей задаче, что у Щ1Х не было даже порядочной карты театра войны—хотя дело шло не о центральной Африке, а о соседней с Австрией Саксонии—и окрестности Дрездена представляли для них землю, весьма мало исследованную, полную всяких географических неожиданностей. Разведочная часть была поставлена так, что, составляя операционный план, в главной квартире полагал Наполеона с главными силами, находящимся около Лейпцига, к западу от Эльбы: а на самом деле „Большая армия“ была далеко на восток от этой реки, на границе Силезии.

Comments are closed