Русский штык

И до тех пор, пока русский штык торжествовал над коварными, правда, но в общем очень мирными азиатами, владельцы  этих фабрик имели все основания быть оплотом российской  благонадежности. Они изменили эти роли- лишь после того,  как горький опыт их убедил, что время штыка прошло даже в Азии.

Восточная политика России, если распределять ее эпизоды географически, по районам, идя от запада к востоку, дает три крупные отдела: первый составит болгарская политика 80-х и начала 90-х годов, второй—завоевание Средней Азии, третий— то, что ежедневная пресса непочтительно окрестила именем „маньчжурской авантюры". Лишь в наши дни, уже в XX столетии, отчетливо обрисовался четвертый отдел, который, в параллель третьему, можно было бы назвать „персидской авантюрой". Он лежит хронологически за пределами нашего изложения. Но те же хронологические соображения заставляют несколько изменить и порядок трех первых отделов. Движение русских в Среднюю Азию началось очень давно, даже если считать изолированным „историческим островом" экспедиции петровских времен: от походов времен еще Николая Павловича вплоть до занятия Мерва и битвы на Кушке тянется ряд событий, связанных между собою, как звенья одной цепи. Основные мотивы, общая обстановка, ближайшие цели у всех экспедиций этого периода вполне аналогичны. Меняется время-от- времени только интенсивность движения. Разгар его падает, как и должно было быть, на те годы, когда Россия более чем когда-либо за все дореволюционйое время была „буржуазной монархией": на шестое и ведьМое десятилетия XIX века. С феодальной < реакцией 80-х годов движение затихает,—чтобы вспыхнуть вновь уже в конце 90-х на другом театре. Между блестящими и довольно прочными успехами времен Александра II (текинская экспедиция принадлежит целиком этому царствованию, хотя ее заключительный момент, занятие Мерва, и пал на 1884 год: решительным ударом здесь было взятие Скобелевым Денгиль-Тепе за два месяца до катастрофы 1 марта) и ещё более блестящими, хотя оказавшимися не столь прочными, захватами последних лет столетия царствование Александра III представляет характерную паузу,—но паузу лишь относительную. К этой эпохе в области восточной политики вполне применим латинский стих: ut desint vires, tamen est laudanda voluntas.

Comments are closed