Широкая полоса нейтральных территорий,

Немедленному возобновлению войны препятствовало только то обстоятельство, что между враждующими сторонами лежала широкая полоса нейтральных территорий, так как Пруссия после выхода Австрии из коалиции окончательно сблизилась с Наполеоном и приняла из его рук Ганновер, отнятый французами у Англии. Расширение в эту сторону Пруссия ставила главным условием своего участия в коалиции в течение всех переговоров: и Александр употребил всю свою энергию, чтобы убедить английского короля поступиться своими наследственными владениями ради „самого прекрасного и самого справедливого дела"—как называл русский император борьбу с Францией. Но фактически хозяином в Ганновере был Наполеон—и он легко перекупил Пруссию, предложив ей от себя то, чего она ждала от коалиции. То был единственный момент, когда Александр, по-видимому, сам поколебался на одну минуту: стоит ли продолжать -„прекрасное и справедливое дело“? Во Францию был отправлен русский уполномоченный для предварительных переговоров о мире. Но франко-прусское соглашение очень быстро наткнулось на тот подводный камень, на котором впоследствии должен был разбиться союз Александра с Наполеоном. Дружба с Францией означала вражду с Англией. Морская торговля Пруссии стала с момента заключения нового союза. Более 400 прусских кораблей было захвачено английскими крейсерами, все гавани Пруссии были блокированы. Старый соперник Гогенцоллернов на Балтийским море, Швеция не отказала себе в удовольствии использовать этот конфликт—шведские корабли присоединились, к английским, и скоро, почти не осталось гавани, куда могло бы укрыться судно под прусским флагом. Прусский капитализм начала XIX века был значительно развитее русского: перерыв торговых сношений был для Пруссии еще более тяжелым ударом, чем для России, и взрыв общественного мнения против французского союза был еще острее, чем был он у нас. Хотели или не хотели этого король и его министры— прусская буржуазия навязывала им антифранцузскую политику. Прусское дворянство, не менее русского заинтересованное в сбыте продуктов своих имений в Англии, было в данном случае на стороне буржуазии. Гвардейское офицерство требовало войны с Наполеоном и—как это было и у нас—„партия войны" быстро нашла себе точку опоры дворе, в лице королевы. Луизы.

Comments are closed