Столкновение коалицией

Без денег, с плохой армией и немного лучшим флотом Россия не была безусловно сильнее даже Турции, как очень скоро

пришлось убедиться Николаю Павловичу; она была безусловно слабее Турции и Франции, вместе взятых—тем менее имела она шансов выдержать столкновение с целой коалицией, куда входила и Англия. Между тем, к этому столкновению приходилось готовиться. При первом же известии о вступлении русских войск в княжества, Наполеон III поспешил двинуть тулонскую эскадру в турецкие воды; немного спустя, весьма нехотя, последовало его примеру и английское министерство —мальтийская эскадра адмирала Дундаса присоединилась к французской. Продолжая заверять Николая в своем миролюбии, торийские министры должны были, однако, его предупредить, что, в случае перехода русских войск через Дунай или нападения черноморскаго флота на один из турецких портов, английские корабли войдут в Черное море. Напор общественного мнения был уже очень силен. Английская буржуазия только что побраталась с французской—депутация Сити торжественно и с ликованием была принята в Париже. Формальный союз между государствами был только вопросом времени. Между тем, положение Наполеона III в этом деле при всей его сдержанности было совершенно определенное: не выручить Турцию, терпевшую все злоключения из-за него, он не мог. И английские газеты, где ежедневно помещались самые жестокие инвективы на Николая и Россию, ясно показывали, что настроение французских правящих кругов вполне разделялось по ту сторону канала. Вопрос о том, насколько состоятелен другой член символа веры Николая Павловича, гласивший, что Россия и Австрия—это одно и то же, а о Пруссии далее и говорить не стоит,—вопрос этот становился все более и более насущным и интересным.

Общественное мнение как Австрии, так и Пруссии, было настроено по отношению к Николаю ничуть не менее враждебно, чем в Лондоне или в. Париже. В Берлине или в  Вене тяжелая рука русского самодержавца чувствовалась даже гораздо непосредственнее: прусские патриоты не могли забыть Николаю ольмюцекого позора, а либерально настроенная часть австрийского общества, т.-е. вся буржуазия, не могла без горечи вспомнить, как русские войска помогли разгромить австрийскую революцию.

Comments are closed