Гражданский конгресс: Что сможет объединить демократическую оппозицию?

По итогам Всероссийского Гражданского конгресса, прошедшего в Москве в День Конституции, создан Комитет действия гражданского контроля, президентом которого избран Гарри Каспаров. Комитет будет способствовать проведению свободных и честных выборов всех уровней, организации референдумов, направленных на защиту Конституции, и участвовать в “согласованном противодействии сворачиванию свободы и демократии”.

Во Всероссийском Гражданском конгрессе приняло участие более 1000 членов партий, правозащитных организаций и других представителей гражданского общества из множества регионов России. В организации конгресса приняли участие правозащитное общество “Мемориал”, Московская Хельсинская группа, Фонд защиты гласности, Комитет-2008 и партия “Яблоко”. СПС и КПРФ делегировали на него членов своих политсоветов. Участники конгресса обсуждали, каким образом демократическая оппозиция может способствовать защите интересов гражданского общества.

На конгрессе был выработан план совместных действий по защите законности, свободы слова и честных выборов, против произвола власти и авторитаризма. В ходе конгресса Григорий Явлинский поднял вопрос об объединении демократической оппозиции в единую партию. Реально ли сегодня объединить демократическую оппозицию и на какой базе? Какие основные задачи оппозиция должна ставить перед собой, как работать со своими избирателями и союзниками? В чем ошибки и достижения оппонентов Кремля? Эти вопросы корреспондент ПСДП.ру адресовала участникам конгресса: политикам, правозащитникам, журналистам, общественным деятелям.

Сергей Ковалев, глава правозащитного общества “Мемориал”:
“Оранжевый синдром” у наших правителей возобладает над рассудком

- Мы должны четко заявить, что находимся в оппозиции нынешнему режиму. Мы не согласны с тем, что страну выстраивают под нужды гэбэшно-чиновничьей верхушки, бесстыдно именуя это “восстановлением управляемости”. Нам не нравится продолжающаяся война в Чечне. Нам не нравится парламент “чего изволите”, планомерно уничтожающий основы парламентаризма. Нам не нравится, когда убивают СМИ уже за слабую тень несанкционированной критики. Нам не нравится готовность прокуратуры на все, что прикажут – от разгрома неугодной нефтяной компании, до поддержки постыдного “обезьяньего процесса” против художников (а в иске против погромщиков отказывающей).

Нам не нравится ФСБ, беспомощная против террористов, но, подобно своей alma mater, изобретательная в создании липовых “шпионов”. Нам не нравится управляемая судебная власть, руководствующаяся не законом, а “государственным интересом”, и изгоняющая из корпорации немногих честных судей. Нам не нравится агрессивно-бессильная имперская риторика в речах президента, его примитивная антизападная демагогия. И, наконец, нам крайне не нравится стремление власти отстроить новую государственную идеологию, с явной опорой на советское прошлое.

По всему по этому мы и должны осознать себя оппозицией – жестко непримиримой. Мы должны мужественно признать, что этот режим поддерживается большинством: кем – пассивно, а кем и активно. Эклектика путинизма большинству ближе, нежели ценности демократии.

Оставим нашим противникам разговор о том, что таков менталитет нашего народа. Этот пресловутый менталитет не мешал тому, что пятнадцать лет назад нас слушали как никого другого. И за то, что людям надоело нас слушать, несем ответственность мы и никто больше. Мы потеряли свой авторитет, потому что лукавили и политиканствовали, действовали в согласии с обстоятельствами, но не с совестью. Давайте честно скажем друг другу: сегодня мы никакая не сила.

Нас собрали сюда, чтобы вместе защищать остатки демократических институтов. Так вот: ничего мы защитить в ближайшее время не сумеем. Мы – маргиналы, и наши речи “за десять шагов не слышны”. А демократические институты скоро благополучно додавят. На самом деле власти это додавливание и не нужно: то, что осталось от демократии, сейчас уже не может помешать самовоспроизводству власти, и даже фальсифицировать выборы не нужно.

Но пуганая ворона куста боится: теперь, у правителей начнет быстро развиваться “оранжевый синдром”, иррациональный страх перед пробуждением гражданского чувства в массах. И этот иррациональный страх возобладает над рассудком. Так что скоро нас ждет много интересных политических инициатив. Я, признаться, не верю, что новые идеи и новые стратегии могут рождаться на конгрессах и конференциях. Но у этого конгресса есть особенность. Это не просто сбор “отставной козы политиков”, но форум, где политики встречаются с активистами неполитических гражданских движений. И это, может быть, открывает, некие перспективы.

Я – человек двойной самоидентификации. С одной стороны, много лет я сидел в парламенте, было время – возглавлял комитеты и комиссии, было время – занимался партстроительством. С другой стороны, еще с середины шестидесятых, я был внутри правозащитного движения. Связи с гражданскими организациями я никогда не порывал; в политике я всегда чувствовал себя в первую очередь полпредом гражданского общества. И сейчас от имени моих коллег, активистов правозащитных организаций, я хотел бы обратиться к другим своим коллегам-политикам.

Сегодня мы видим все бессилие нашей политической оппозиции. Пора понять, в чем корень этого бессилия. Он в том, что никакая мы были не оппозиция. Мы были слишком заняты политическим лавированием, слишком думали о своих рейтингах, подсчитывали голоса – пока не стало нечего подсчитывать. Мы помнили, что источником политической власти является население. Но мы забыли, что истинным источником авторитета -политического, нравственного, культурного, какого угодно – является гражданское общество. Потом, когда запахло жареным, политики начали сотрудничать с гражданскими организациями; но, положа руку на сердце, – опять в электоральных видах. Неужели мы с вами думали, будто гражданское сообщество не понимало, что его пытаются, деликатно говоря, инструментализировать?

Они, гражданские организации, и являются истинной альтернативой власти. Они живут не от выборов до выборов, они живут в мире долгосрочных проектов и долгосрочных целей. Они не нуждаются в голосах избирателей и не получают субсидий от правительства. Поэтому им не надо ни лукавить, ни уклоняться. Поэтому сегодня именно гражданская оппозиция – единственная действенная оппозиция в нашей стране. Ибо гражданские организации в любом случае независимы и принимают свои стратегические решения не из конъюнктурных или своекорыстных соображений. И, самое главное, они не врут. Ни людям, ни самим себе. Им просто незачем это делать.

Цель этого конгресса – наладить совместную работу политических и неполитических организаций по защите Конституции, свободы и демократических институтов. Вероятно, будут созданы какие-то постоянно действующие структуры. Верю ли я в успех Конгресса? Возможно, отчасти и верю, но только если представители политических партий поймут три вещи. Первое: что структуры гражданского общества не могут быть инструментом для политиков, а наоборот, политики должны стать инструментом гражданского общества. Второе: что нам следует настроить себя на работу долгую, безнадежную и не приносящую немедленных политических дивидендов. На такую работу, которая привычна гражданским организациям, а не политическим партиям. И третье: что пора прекратить врать себе и другим.

Владимир Рыжков, независимый депутат Госдумы РФ, член Комитета-2008:
Россия – кладбище свобод

- Сегодня каждый человек в опасности, Россия катится под откос. Солдатские матери говорят о том, что их сыновья не могут чувствовать себя в безопасности, пока есть Чечня. Предприниматели, которые обязаны отстегивать чиновничьей крыше, тоже не могут чувствовать себя в безопасности. Разве ветеран, у которого с 1 января 2005 года отнимают последние социальные гарантии, может чувствовать себя в безопасности? Точно также не может чувствовать себя в безопасности журналист, написавший правду или иностранец, которого за цвет кожи могут забить ногами, политик, который осмелился быть в оппозиции режиму.

Мы оказались в атмосфере страха, бесправия и произвола. Пять лет назад народ проголосовал за сильную власть и стабильность. Сегодня у нас есть сильная власть, которая не остановила ни войну в Чечне, не защитила народ от терактов, не остановила социальное расслоение людей. Может быть, эта власть не коррумпирована, как предыдущая слабая? Эта власть сильна только в затыкании ртов недовольным.

Мы добровольно отдали свою свободу и получили то, что всегда получают в таких случаях: сапогом по морде. В России кладбище свобод, где есть могилы честных выборов, честной конкуренции, референдумов, независимого парламента, федерализма. Наше государство по-прежнему талантливо создает трудности, но не торопится их преодолевать. Так было с “ЮКОСом”, с Украиной, Абхазией, административной реформой, а теперь с удвоением ВВП. Но на деле с лета этого года российская экономика начала тормозить, никакого удвоения ВВП не получается. Мы отдали свободы на рубль, а стабильности получили на 3 копейки.

В России будет чиновничья рента, чиновничий произвол и олигархия. Мы получили тоталитаризм и загнивание в ходе первой пятилетки выстраивания вертикали власти. Я полностью за предложение по созданию Всероссийского комитета действий, который будет координировать силы гражданского общества и политической оппозиции в противостоянии тоталитаризму. Перед лицом угрозы тоталитаризма мы, демократическая оппозиция, обязаны обновиться и объединиться.

У нас есть полностью проработанный проект демократизации России, перераспределения полномочий между исполнительной и законодательной ветвями власти, судебной, административной, экономической реформ. Мы хотим видеть Россию живой и мыслящей, а не мертвой и полицейской, мы хотим России для всех, а не только для чиновников, хотим России производства, а не сырья.

У независимых депутатов в Госдуме нет никаких возможностей что-то решить. Единственное, что мы можем сделать – предавать гласности решения думского большинства, президента и правительства, поражающие людей в политических и социальных правах. Нам успешно удается привлекать внимание общества к тому, что происходит в Думе. Чтобы государство оставалось социальным и в нем соблюдался закон, нужно активнее использовать забастовки и демонстрации. Власть услышит людей только в этом случае.

Левоцентристская идея у нас имеет множество приверженцев. Больше половины людей выступают именно за социальные гарантии. Потенциал достижения успеха на политической арене есть у партии с названием “социал-демократическая” или с каким-либо другим названием, той политической силы, которая реально будет отстаивать интересы людей и защищать идеи социального государства.

Гарри Каспаров, председатель Комитета-2008, многократный чемпион мира по шахматам:
Объединенной оппозиции нужны новые лидеры

- Вот какое-то неуловимое ощущение возникает, что вот где-то мы все это видели, все это мы проходили. Может быть, в 1989 году, может быть, в 1990-ом, в 1991-ом, когда так же собирались в залах, так же обсуждали, что нам делать. Но тогда было, наверное, все-таки проще, потому что никаких симпатий сгнивший коммунистический режим ни у кого не вызывал, и все хотели изменений. И очень важно, что не думали – каких изменений. Главное – изменений. Сейчас все наоборот, сейчас мы имеем дело не с трусливой властью, которая боится собственной тени, хотя, пожалуй, эта власть тоже трусливая и тоже всего боится. Но, в отличие от той, она, конечно, готова действовать. Это не ГКЧП. Эти танки с улиц не уберут, если потребуется. Они доказывают, что у них уже нет аллергии на кровь, и мы должны это понимать.

Главная, на самом деле, опасность не во власти. Главная опасность – мы много говорим об этом – в нас самих. Потому что если тогда, 14-15 лет назад, все хотели перемен, и никто не думал, что же будет потом, считали, что потом будет обязательно лучше, чем было до этого, то сейчас все хотят точно знать, что же будет потом. Сейчас нам нужно конкретно понимать, во имя чего мы объединяемся, что нас объединяет, какова будет наша программа. И очень важно, что мы постоянно пытаемся рассчитать, как будет выглядеть общество, если мы, бог даст, добьемся хоть какого-либо успеха.

Когда мы говорим о том, что оппозиции нечего противопоставить власти, мы игнорируем опыт 1989-1991 года. Это было не внутри Садового кольца, а настроения, которые господствовали по всей стране. События на Украине можно сравнить с тем, что было в Москве в 1991 году, тогда тоже одна часть номенклатуры воевала против другой. Она вывела на улицы людей, чтобы придти к власти. Но нужно понимать, какова программа тех, кто ведет народ за собой. Революция уличная после 1991 года сменилась кабинетной. “Кабинетные демократы” ответственны за то, что слово “демократия” сегодня звучит, как ругательство. Демократия на самом деле – это способ достижения компромиссов в обществе и решения конфликтов.

Вести диалог с властью – бессмысленно. Он возможен лишь тогда, когда на улицы выйдут сотни тысяч людей. Предлагать власти что-то бессмысленно. Только когда у оппозиции будет хотя бы какое-то реальное представительство в парламенте, можно хоть о чем-то говорить. А пока 20-30 депутатских мандатов, увы, ничего не решат. Мы должны ставить перед собой задачу изменения. Нельзя подыгрывать власти. Выбор у нас сегодня простой: что останется в России через год-три: Конституция или эта власть. Я выбираю Конституцию.

Григорий Явлинский не высказал ничего нового, когда говорил о необходимости создания единой демократической партии. Идеи объединения обсуждали давно еще СПС и “Яблоко” и у них ничего не вышло. С мая-июня этого года Комитет-2008 выступал с подобной идеей, но переговоры сложнее всего шли именно с “Яблоком”, поскольку оно считает возможным такое объединение только на основе своей партии.

Это объединение нужно для того, чтобы оппозиция имела шанс победить на выборах. Но о какой реальной победе может идти речь, если максимальный рейтинг, который пророчат такой партии – 7-8%. Если мы хотим получить больше голосов, то нужно понимать, что вряд ли люди смогут доверять тем, кто несет ответственность за коллапс российской демократии в 90-е годы. Нужно находить новых лидеров и снова завоевывать доверие у населения, которое уже гораздо более подготовлено к диалогу, чем в 90-91 году. Сегодня люди хотят видеть конкретную программу демократических сил.

Григорий Явлинский, лидер партии “Яблоко”:
Чтобы победить на выборах, демократам нужно объединиться на базе “Яблока”

- Мы не отдавали свою свободу, у нас ее просто отобрали. Но добровольно мы ее никогда не отдадим. Яблоко сотрудничает с гражданскими организациями по всей России, именно это позволило партии иметь 80 тысяч членов, которые не боятся показывать свой партийный билет в период выборов и вне их. Наш политический курс называется демократическая оппозиция. Под ней мы понимаем ту политическую силу, которая стремится к смене президента, правительства, состава Госдумы.

Мы хотим предотвращения операции “наследник” в любой форме. Весь год руководство страны работало под лозунгом авторитарной модернизации, однако с сентября вошло в глубокий содержательный кризис и сегодня совершенно очевидно, что есть только авторитаризм, а модернизации нет.

Мы категорически не согласны с политикой авторитаризма и полицейского государства. Для преодоления беспомощности псевдогосударственности и псевдодемократии надо объединить демократические силы, и “Яблоко” предлагает свою партию в качестве основы для такого объединения. Все 11 лет “Яблоко” выступала как демократическая оппозиция власти, за что была критикуема, в том числе и нынешними единомышленниками.

Гражданское общество России идет к власти, чтобы реализовать свою политическую программу. Для преодоления беспомощности псевдодемократии и тупиковости псевдогосударственности мы считаем необходимым создание в стране мощной единой демократической партии. Создание такой партии позволит нам участвовать и побеждать на выборах, набирая не менее 30% голосов, участвовать в акциях гражданского протеста, отстаивать с позиции закона принцип честных выборов, защищаться от фальсификаций, вести диалог с властью.

Объединиться в такую партию можно на базе “Яблока”. Ее лидера нужно определить сообща. Объединяться мы будем с честными демократами, а не всей оппозицией вне зависимости от идеологических расхождений. Пока коммунисты объявляют себя партией Ленина и Сталина, “Яблоко” не может иметь с ними дела. Также, как “Яблоко” не может иметь дело с теми партиями, которые являются всего лишь прикрытием для чьих-то корыстных интересов.

Евгений Киселев, главный редактор газеты “Московские новости”, член Комитета-2008:
Демократы объединятся на базе одной партии

- Объединяться на базе “Яблока” сегодня сложно, потому что для этого партия должна слишком сильно изменился, чтобы туда открылся доступ. Сегодня же из “Яблока” скорее уходят, чем наоборот. Для солидаризации оппозиции нужен другой проект, который вырабатывается не на больших форумах, а кропотливо, долго, в кругах представителей элит и на основе согласования общих интересов. Этот конгресс скорее представляет из себя смотр сил, заинтересованных в таком объединении.

Даже сейчас, кроме “Яблока”, никто как партия это мероприятие не поддержал, хотя конгресс носит объединительный характер. Но даже на этом уровне не удалось договориться. Хотя лично я считаю, что будущее объединение произойдет все-таки на базе какой-то одной партии. И решить этот вопрос – дело технологов, не пособников Кремля, а настоящих идейных демократических политтехнологов.

Вопрос свободы слова сегодня не праздный. В ситуации, когда Конституция уже становится пустым звуком, народ не знает ее и не считает нужным защищать, защищенная Конституцией свобода слова тоже превращается в пережиток. Сегодня мы почтили вставанием последний праздник, когда День Конституции является официальным выходным днем. Но, несмотря на то, что чиновники цинично решили этот праздник отменить, мы будем продолжать его праздновать. Такие конгрессы станут ежегодными. Обсуждаться на них будут разные вопросы, в том числе и вопрос журналисткой этики, и свободной печати.

Настоящая свобода слова при нынешнем режиме в принципе невозможна. Слишком много появилось бульварных, желтых газет, которые в первую очередь преследуют экономический интерес. Даже в этих газетах работают неплохие журналисты, но мы видим, что эти газеты часто являются орудием разжигания самых низменных страстей. Примером тому служит знаменитое интервью Суркова про “пятую колонну”. До появления независимого суда у нас тоже очень далеко. Примером этому может послужить процесс в Верховном Суде, который сегодня проходит по иску оппозиции. Борьба идет тяжело, но ее нужно вести, чтобы создавать соответствующие прецеденты.

Оставить комментарий