Наш опрос: Надо ли России ратифицировать Киотский протокол?

В первые несколько дней после того как правительство России приняло решение ратифицировать Киотский протокол, президент Владимир Путин получил 16 тысяч писем со всего мира, в которых граждане разных государств ликуют по поводу принятия нашей страной такого решения. Вскоре после этого Комитет Госдумы по экологии также рекомендовал нижней палате парламента ратифицировать протокол.

Однако не все в Кремле одобряют принятие такого решения. Например, советник президента Андрей Илларионов полагает, что протокол “наносит ущерб национальным интересам России”, и отметил при этом, что экономический ущерб от принятия протокола будет существенным. Илларионов считает, что “неправильно питать иллюзии о позитивных либо нейтральных последствиях” ратификации протокола. Он заявил, что “задача по удвоению ВВП и протокол вещи несовместимые”, его ратификация означает не только невозможность удвоения, “но и сохранения каких-либо приемлемых темпов роста и снижения уровня бедности”.

Российская академия наук протестует против принятия протокола, многие академики просто не считают теорию, на которой базируется протокол, обоснованной. С января этого года в Академии наук работает специальный Совет – семинар, который занят исключительно изучением данной проблемы. Ученые, включенные в этот совет, полагают, что Киотский протокол не имеет научного обоснования и не указывает путь для решения проблемы, которая в нем поставлена. А экономически очень затратные меры Киотского протокола ведут к сокращению выброса парниковых газов лишь на очень незначительную часть.

Помимо чисто экологической выгоды для всего человечества, Киотский протокол, как полагают некоторые, дает России экономическую выгоду. Страна может заработать, продавая свои квоты соседним странам, так как за предельно допустимый уровень выброса в атмосферу углекислоты принят уровень 1990 года, когда Россия переживала экономический спад и сократила выбросы парниковых газов.

Таким образом, мы можем торговать квотами, пока не достигнем уровня 1990 года. Российские ученые оспаривают и этот аргумент: в тот период страна была в кризисе, так что мы довольно быстро достигнем уровня 90-го года и будем уже “в минусе”. Сегодня мы предлагаем ученым и экологам еще раз ответить на вопрос: Правомерно или нет решение России ратифицировать Киотский протокол?

Наталия Олефиренко, координатор климатической программы “Гринпис”:
Киотский протокол не решит проблему глобального потепления, зато он научит нас разумнее расходовать природные ресурсы и приготовит нас к следующему протоколу, который будет более эффективным

- Последствия глобального потепления климата очевидны. Идет уничтожение вечной мерзлоты, ее граница поднимается все выше и выше, иссушаются болота, которые поддерживали свою влажность за счет этого слоя. Иссушение болот и учащение засушливых периодов ведет к увеличению пожаров. Что же касается нашего региона, в Москве за последнее столетие температура увеличилась на 2 градуса, растет протяженность периодов, когда температура выше 29 градусов, а это очень опасное изменение, так как оно будет сказываться на людях с ишемической болезнью сердца, страдающих нервными и другими расстройствами.

В Москве снизилось содержание кислорода, и это явно не последствие антропогенного воздействия. Помимо этого, глобальное потепление климата ведет к изменению ареала распространения инфекционных заболеваний. Смерчи, ураганы и наводнения – тоже следствия глобального потепления, и экономический ущерб от них исчисляются миллионами долларов.

Никто не говорит, что механизм, прописанный в Киотском протоколе, позволит решить проблему глобального потепления климата. Но для всех очевидно, что этот протокол позволит разработать систему взаимодействия между странами, направленную на сокращение выбросов. Следующий протокол, который будет подписан в 2012 году, вероятно, решит проблему хотя бы частично, так как тогда страны возьмут на себя более серьезные обязательства по сокращению выбросов в атмосферу парниковых газов.

Когда мы отработаем процесс на странах Европы, протокол наверняка захотят подписать США, Китай и Австралия. Вообще, я считаю, что даже если бы не было проблемы глобального потепления климата, Киотский протокол все равно надо было бы придумать, чтобы изменить отношение стран к своим природным ресурсам и заставить человечество вкладывать деньги в энергоэффективность и энергосбережение. Только при внедрении энергосберегающих технологий нам удастся удвоить ВВП.

Почему наша Академия наук против протокола? Киотский протокол был создан Международным комитетом экспертов по изменению климата, в него вошли представители всех стран, все академий. В том числе и наш академик Юрий Израэль, директор Института глобального климата и экологии РАН, который сегодня является главным противником протокола. Как мы думаем, на академика повлияли американские коллеги, кроме того, пока протокол не подписан, вопрос о целесообразности его подписания открыт и на исследования даются деньги, в этом может содержаться причина.

То же касается и советника президента Андрея Илларионова, который напрямую связан с тремя научными американскими институтами, которые получали финансирование от нефтяного гиганта “Эксен мобил”. Так что ратификация протокола Россией зависит от дворцовых интриг.

Нина Зайцева, ученый секретарь Специального совета-семинара РАН по проблемам изменения климата и Киотского протокола, доктор географических наук, географ-климатолог:
Не углекислота, а сама атмосфера создает парниковый эффект и вообще о глобальном потеплении климата говорить рано

- Мы считаем, что механизм протокола неэффективен, потому что он оперирует такими малыми долями объема и содержания углекислого газа, что это не может улучшить ситуацию. Надо уменьшать выбросы не на 5-7%, а на значительно большую часть, но мы сомневаемся, что страны пойдут на такие жертвы.

Сейчас концентрация двуокиси углерода в атмосфере – 370 миллионных частей. За ближайшие 10 лет она вырастет на 20 миллионных частей. Выполнение Киотского протокола замедлит рост содержания углекислого газа за 10 лет всего на одну-две миллионные части. Об этом еще в Киото заявлял председатель Межправительственной группы экспертов по изменению климата шведский профессор Берт Болин.

Кроме того, Киотский протокол пересчитывает парниковые газы на CO-2, а это тот газ, который не является токсичным. Однако представители зеленых доходят до абсурда, крича о падении рождаемости и росте смертности, которая якобы зависит от того, ратифицируем мы протокол или нет.

Вообще, вы отдаете себе отчет в том, что же такое парниковый эффект? Парниковый газ – понятие вообще неверное. Сама атмосфера создает эффект парника. Представьте себе парник. Солнечные лучи проникают через стекло, нагревают землю в парнике, которая отдает это нагретое тепло, а стекло не пускает его обратно.

Так вот в атмосфере почти вся солнечная радиация приходит к земле (до 90%), атмосфера не поглощает солнечную радиацию, атмосфера и атмосферные газы рассеивают ее. А вот земля, нагретая солнцем, отдает атмосфере тепло. Вот в этом и проявляется парниковый эффект атмосферы, так что получается, что сама земля обладает парниковыми свойствами и создает парниковый эффект.

Люди, которые анализировали пузырьки воздуха в шурфах антарктических и других ледников, обнаружили, что концентрация углекислоты в атмосфере бывала значительно выше нынешней. И это совершенно не влияло на состояние биосферы. Кроме того, у нас всего 170 лет наблюдений. Мы,профессионалы, географы-климатологи, с полной ответственностью утверждаем, что сейчас недостаточно длинный ряд наблюдений, для того, чтобы говорить о последовательном потеплении климата.

Последняя декада девятнадцатого века была самая теплая, но послевоенные годы были самые холодные, не смотря на то, что топливо сжигали в большом количестве. Если кто обратится к историкам, те скажут, что в России, например, и 300 лет назад были теплые бесснежные зимы. Так что Киотский протокол – чисто политический вопрос. Раньше говорили об озоне, теперь переключились на Киотский протокол.

Экономический аспект Киотского протокола также не выдерживает
критики. Нам говорят: из-за промышленного спада 90-х годов Россия значительно сократила выбросы парниковых газов, теперь у вас есть запас. Торгуйте, зарабатывайте деньги, пока не достигнете уровня 1990 года. Нам обещают, что так мы сможем заработать 30 или даже 40 млрд. долларов. Однако оказывается, что наш запас быстро тает, потому что российская промышленность растет.

Есть расчеты, которые показывают, что за 5-6 лет базовый уровень 1990 года будет достигнут. Даже если мы вначале будем торговать квотами, мы можем заработать, по оценкам специалистов Института Европы РАН, около 200 млн. евро. Зато по достижении уровня 1990 года мы должны будем платить от 160 до 600 долларов за предотвращение выброса одной тонны углерода. А сейчас мы будем продавать квоты по цене всего 4-5 доллара за тонну диоксида углерода.

Владимир Захаров, член-корреспондент РАН, директор Центра экологической политики России:
Киотский протокол – повод к тому, чтобы начать претворять в жизнь прекрасную идею устойчивого развития

- Все задаются вопросом: остановит ли механизм Киотского протокола глобальное потепление? А я бы поставил вопрос по-другому: как появилась сама идея, и что она означает для России? Сколько бы мы не прятались за решением сиюминутных задач, мы прекрасно понимаем, что мы живем в реальном мире. Так появилась в 1992 году идея “устойчивого развития” в Рио-де-Жанейро. Мы не должны останавливать свой рост, но мы должны вписать свою все возрастающую активность в естественные возможности планеты.

Суть Киотского протокола в том, что мы в центре Экологической политики России называем “эколого-экономическим компенсационным механизмом”. Суть этого механизма в следующем: если мы где-то загрязняем, надо это чем-то компенсировать, пусть и в другом месте. Вообще же парниковые газы скорее повод, чем причина. Повод, чтобы начать претворять в жизнь прекрасную идею устойчивого развития.

Я не думаю, что в ближайшей перспективе – в период с 2008 до 2012 год – мы остановим изменения климата. Но мы начнем этот процесс. Для меня безусловно, что в будущем это приведет к положительному эффекту, потому что как только мы начнем сокращать выбросы, мы существенно улучшим экологическую обстановку.

В России существует колоссальная проблема загрязнения, а вместе с углекислотой мы сокращаем и другие загрязняющие атмосферу газы. Так как нельзя сокращать выбросы углекислого газа и не сокращать выбросы других загрязнителей. Сжигая топливо, мы выделяем не только углекислый газ, а и окись серы, окись азота и прочие загрязнители.

Кроме того, Киотский протокол важен для нас не только в экологическом, но и в экономическом и политическом плане. Почему в политическом? Россия по-моему именно теперь не желает стоять вдалеке от благородных гуманитарных устремлений международного сообщества. Этот наш шаг свидетельствует и о другом: Россия вступает на путь цивилизованного развития, так как теперь она не только заботится об экономике, но и хочет сделать этот процесс устойчивым.

У США прямо противоположная позиция: они демонстрируют свою мощь и их политика идет вразрез с линией международного сообщества. Впрочем, в Америке заботятся о своей экологии, там уже использовался механизм, аналогичный Киотскому, только в отношении двуокиси серы. Так что в США есть свои собственные программы, направленные на сокращение выбросов. Для Штатов Киотский протокол – исключительно вопрос политики. Кроме того, ратифицируя Киотский протокол, Россия будет получать деньги, а США – платить их. Но рано или поздно США ратифицируют протокол, так как это единственно разумный выход для всего человечества.

Выгодно ли России подписание протокола экономически? Если мы будем развивать нашу страну на устойчивой основе и не будем пытаться добыть и сжечь у себя все природные ресурсы, то нам ничего не угрожает. И по всем расчетам экономистов в ближайшие несколько лет мы не достигнем уровня 1990 года, взятого в качестве нормы. Конечно, если мы не хотим развивать нашу экономику любой ценой, как это было раньше. Тогда мы будем в минусе. В противном случае для нас нет никаких опасностей не только до 2012 года, но и далее.

Игорь Острецов, заместитель директора Всероссийского научно-исследовательского и проектно-конструкторского института атомного энергетического машиностроения:
Ратифицирует Россия протокол или нет – неважно, потому что мир ожидает подушное распределение энергопользования
.

- Киотский протокол – не просто экологический протокол и не просто торговля квотами, это первая попытка разработать принципы распределения энергопользования на базе органической энергетики. Сегодня на земле живет 6 млрд. человек. В нормальных условиях живет 1,5 млрд. человек, которых называют “золотым миллиардом”. Остальные живут плохо. А хотят жить хорошо. Но если все будут жить хорошо, то нагрузка на биосферу увеличится в несколько раз.

Ратифицируем мы протокол или нет – неважно, потому что ни США, ни Китай, ни Индия его ратифицировать не собираются. Как известно, нефть стоит сегодня 52 доллара. В преддверии глобального энергетического кризиса Европа хочет прикрыться фиговым листком Киотского протокола. Китай и Индия требуют подушного распределения энергопользования. А это значит, что западным странам придется сократить свое энергопроизводство в 10-15 раз, что означает для этих стран полную гибель.

Китай – уже сегодня главная сила в мире, и она заставит себя слушаться и будет диктовать свои условия. Обострения международной обстановки в связи с этим следует ожидать в десятых годах нашего века, то есть через пять лет. К этому моменту потери от природных катаклизмов резко увеличатся, а Китай и Индия примут на вооружение самые передовые военные средства. В этом противостоянии у Запада нет никаких шансов, ибо это не вопрос возможностей, а времени.

Подушное распределение – это справедливо. А даже если и не так, все равно у нас нет выхода, потому что мир все равно придет к такому решению. Если бы Россия и Китай вышли из ООН и организовали свою собственную организацию, то наши миротворческие силы вошли бы в Ирак и войны бы не было. Я уверен, что в нашей организации вскоре бы оказались все страны, исключая Америку. Вскоре после этого последовало бы решение о подушном распределении энергопользования.

К сожалению, этого не произошло. Это значит, что Китай захочет силой навязать свои правила, а это уже опасно. Когда Китай наберет силу, он скажет, следуя концепции “золотого миллиарда”, что весь “золотой миллиард” должен быть желтым, потому что золото имеет желтый цвет. И это время скоро наступит.

Comments are closed