История с ордынским послом

Опала на Юрия, поводом для которой стала история с ордынским послом, не привела к погрому Москвы. Иван Калита присоединился к сАхмыловой рати», разорившей ростово-ярославские земли, и тем самым отвел грозу от собственного княжества.

После отъезда Юрия в Новгород в планах Орды вновь выходит на авансцену «тверской вариант» политической консолидации СевероВосточной Руси, открывавший заманчивые перспективы в отношении Литвы.

И все же нельзя рассматривать события лишь на уровне тенденций и закономерностей. Немалую роль в истории играет субъективный фактор. Поступок Дмитрия Тверского, вызванный его излишней самонадеянностью, а также недостаточно глубоким пониманием ситуаций, стоил жизни не только Юрию, но и самому Дмитрию. Сменивший его на тверском и владимирском столе Александр Михайлович отличался все той же наследственной для потомков Ярослава Ярославина Тверского самоуверенностью и безответственностью. Известно, что, стремясь получить великое княжение, он влез в долги и вернулся домой с толпой кредиторов. У него не достало политического опыта и дальновидности, чтобы уклониться под тем или иным предлогом от размещения в Твери отряда Чолхана. Не смог он и разрядить взрывоопасную ситуацию, связанную с пребыванием татар в городе, при большом стечении народа 15 августа 1327 г.

В этой связи вспоминается еще одно замечание Ключевского о московских князьях перед нами проходят не своеобразные личности, а однообразные повторения одного и того же фамильного типа». Это суждение не в меньшей, а скорее, в большей степени можно отнести к тверским князьям. Все они отличались не столько героизмом и бла- юродством, сколько упрямством и недальновидностью.

Митрополит Петр и московские Даниловичи: предпосылки сближения

исторической литературе митрополита Петра иногда изображают своего рода «помощником», сотрудником московских князей. Однако это не так. Подобно своему предшественнику на кафедре митрополиту Максиму Петр в целом следовал константинопольским установкам на отстраненность от междукняжеской борьбы. И после столкновения с тверичами на переяславском соборе Петр выступал на политической сцене лишь в традиционной для иерархов роли миротворца. Объективно такая позиция всегда была более выгодна одним и менее — другим. Но это уже не зависело от его воли.

Comments are closed