Материалы канонизации

Поскольку материалы канонизации Петра предполагалось представить для утверждения в Константинополь, в житии был использован более привычный для византийцев сентябрьский календарный стиль. По этому стилю кончину Петра следовало отнести к 6834 г. (с 1 сентября 1325 по 31 августа 1326 г.). Не вникая в тонкости хронологии, составитель оригинала Синодального списка поместил сообщение о кончине святителя в статью 6834 мартовского года. Этого требовала и смещенная на год вперед начиная с 6832 г. последовательность церковных событий.

Что касается известия о казни Дмитрия Тверского, то оно попало в статью 6834 г. «поневоле, так как находилось в одной связке с сообщением о кончине митрополита Петра и предшествовало ему. Кроме того, данное сообщение как бы завершает рассказ статьи 6833 г. об убийстве Юрия Даниловича Дмитрием Тверским с его заключительной сентенцией: «.еже бо сееть человек, тоже и пожнеть». «Жатва для Дмитрия Тверского состоялась через год после «сева».

Из предложенных выше наблюдений выстраивается следующая цепь событий 1324-1326 гг. Князь Юрий Данилович был убит в Орде Дмитрием Тверским 21 ноября 1324 г. На его погребении в Москве 23 февраля 1325 г. помимо новгородского владыки Моисея присутствовали три епископа во главе с митрополитом Петром (Барсонофий Тверской, Прохор Ростовский, Григорий Рязанский). Отсутствовал лишь сарайский владыка. В сущности, это был приуроченный к «неделе православия-архиерейский собор для Северо-Восточной Руси и Новгорода. С какой целью он был созван — сказать трудно. Во всяком случае очевидно, что похороны Юрия Даниловича не могли служить к тому достаточным основанием, а хиротония Моисея была, скорее, предлогом для встречи святителя со своим епископатом, чем причиной ее. По-видимому, митрополит обсуждал с владыками какие-то важные проблемы, касающиеся всей Северо-Восточной Руси. Среди них и вопрос о перенесении в Москву митрополичьей резиденции и постройки здесь каменного Успенского собора.

4 августа 1325 г. митрополит Петр заложил московский Успенский собор. До конца строительного сезона стены лишь немного поднялись над уровнем фундаментов. Однако этого хватило для устройства аркосо- лия — будущей гробницы святителя. Согласно древней монашеской традиции, митрополит сам обозначил ее место и, вероятно, положил первый камень в свод аркосолия.

Comments are closed