Памятник раннемосковской публицистики

«Похвала Ивану Калиш» как памятник раннемосковской публицистики райняя ограниченность сведений о деятельности трех первых московских князей (Даниила, Юрия и Ивана) порождает у исследователей весьма разноречивые оценки их

достижений. Важным аргументом в этих спорах могут стать

произведения раннемосковской публицистики. Несмотря на откровенную тенденциозность этого источника, он все же позволяет представить те идеи, из которых складывалось политическое credo данного правителя. Масштабность и новизна или, наоборот, узость и традиционность этих идей, несомненно, коррелируются с реальными достижениями а установками правящего князя. Разумеется, теории порой опережают действительность, а порой отстают от нее. И все же наличие или отсутствие определенной теории, ее развитость и направленность — важный компонент политики любого режима.

Учитывая слабую социально-экономическую мотивировку процесса объединения русских земель в X1V-XV вв., а также обусловленное этим особое значение духовного (и, в частности, церковного) начала в политической жизни Северо-Восточной Руси, можно предполагать существование достаточно развитых религиозно-политических теорий ранней Москвы. Источники в значительной мере подтверждают это предположение.

Ценным источником для изучения московских религиозно-политических представлений второй четверти XIV в. служит так называемая «Похвала Ивану Калите» — приписка на последнем листе Сийского Евангелия. Эта книга была написана в 1339 или 1340 г. по заказу великого князя Ивана Даниловича писцами Ме- лентнем и Прокошей.

История Сийского Евангелия полна загадок. Уже сам факт от правки дорогой, хорошо украшенной рукописи «на Двину к святей Богородици» вызывает недоумение. Но самая трудная из загадок — знаменитое послесловие. Чего стоит одна только его хронологическая заставка! Дата завершения книги указана сразу в нескольких календарных системах: «В лето 6000-е 800-е 47-е, индикта 12, миротворенаго и солнечъного круга в 4-е лето еисикостное, жидовь сего ирук в 7-е лето, епакта 18 лето, в 5-а каланд месяца марта, жидовъскы нисана, написано бысть си еуангелье»2. Однако эти системы противоречат друг другу. 6847 (1339) год имел число индикта 7, а не 12, и число круга солнца 15, а не 4. Указания на «лето висикостное» и на еврейский «длинный год» («сено ирукоО совпадают, однако високосным был не 6847-й, а следующий, 6848 (1340) год. Запись указывает на календы марта. В древнееврейском календаре месяц нисаи соответствует марту.

Comments are closed