Рассказ о псковском походе

Существовал ли рассказ о псковском походе 1329 г. в московских летописях XIV столетия? Не имея оснований для однозначного ответа, заметим лишь, что рассуждение Калиты в передаче Никоновской летописи («землю Русскую пусту сотворим») близко перекликается с комментариями московского летописца второй четверти XIV в. по поводу «Федорчюковой рати» н прихода Калиты на великое княжение. Созвучно оно и мотивам похвалы Ивану Калите в Сийском Евангелии. Возможно, в этой фразе — осколок Свода 1340 г., уцелевший в составе тех фондов, из которых почерпнуты и другие уникальные московские известия Никоновской летописи. Да и весь рассказ о псковском походе в монологах Александра Тверского и Ивана Калиты как бы соединяет две «правды», два взгляда на ситуацию — московский и тверской. Возможно, рассказ Никоновской летописи и возник как синтез двух более ранних произведений на ту же тему.

Но вернемся к самому псковскому походу и попытаемся проследить его подробности. В воскресенье, 26 марта 1329 г. князь Иван Данилович торжественно взошел на новгородский «стол»- В этот день церковь праздновала Собор архаш«ла Гавриила. А накануне, 25 марта, был один из двенадцати важнейших праздников — Благовещение. Очевидно, в этот день Иван Калита принимал новгородских бояр в княжеской резиденции на Городище. Здесь, на правом берегу Волхова, в двух верстах от города, обычно жили князья, приглашенные в Новгород на княжение. В центре Городища, рядом с княжеским дворцом возвышалась каменная церковь Благовещения, построенная еще сыном Владимира Мономаха Мстиславом Великим в 1103 г, 25 марта в ней совершалась торжественная служба по случаю престольного праздника. За ней, конечно, следовало пиршество, на котором князья имели возможность переговорить с новгородскими боярами «по душам» в непринужденной обстановке застолья. Впрочем, заканчивалась третья неделя Великого поста и особого веселья в этот период не допускалось.

В день, когда князь Иван взошел на новгородское княжение, совершался обряд поклонения кресту. Согласно древней традиции, в третье воскресенье Великого поста на утрене священники выносили святой крест для поклонения из алтаря на середину храма. Здесь он лежал на аналое до пятницы четвертой недели Великого поста.

Comments are closed