Слабость великокняжеских воевод

Слабость великокняжеских воевод заставляла Новгород обратиться за помощью к Юрию Даниловичу Московскому или же сидевшему тогда в отсутствие брата на московском столе Ивану Даниловичу. Михаил Тверской, находясь в Орде, разумеется, получал известия о происходящем на Руси. Появление князя Дмитрия Романовича в Новгороде и усиление там московского влияния угрожало Михаилу потерей важнейшего источника доходов. Не имея братьев и взрослых сыновей, он не мог надежно «прикрыть» Новгород на время своего отсутствия. Тверской князь понимал, что его 12-летниЙ сын не в состоянии организовать и возглавить такое сложное и ответственное дело, как война с Новгородом и Москвой одновременно. Однако и оставить без последствий «измену» новгородцев было нельзя.

Единственный выход состоял в том, чтобы, начав военные приготовления широкого масштаба, припугнуть новгородцев и москвичей, но при этом до возвращения из Орды самого Михаила Тверского не предпринимать каких-либо решительных наступательных действий. Именно это и было сделано.

В связи с владимирской демонстрацией тверичей митрополит Петр, живший в это время во Владимире, оказался в весьма щекотливом положении: его вынужденное соседство с Дмитрием Тверским можно было истолковать как поддержку затеянного тверичами предприятия. Митрополит не мог уехать из Владимира, ибо это было бы слишком похоже на бегство перед лицом своих тверских недоброжелателей. Он не мог и запретить тверичам готовиться к войне против Юрия Московского и Новгорода, так как это был вопрос не его компетенции. Единственное, что он мог сделать, — это оспорить право Дмитрия Тверского распоряжаться от имени великого князя Владимирского. Вступлению в великокняжеские права предшествовал особый обряд возведения на престол, совершавшийся митрополитом или его местоблюстителем. Без этого обряда великий князь не имел своей сакральной силы, а вместе с ней — и полноты власти. Митрополит публично отказался признать за Дмитрием Тверским великокняжеские прерогативы, присвоение которых позволило бы ему начать сбор войск. Именно этот шаг святителя и послужил основой для летописной фразы: «И не благослови его митрополит столом в Володимере». В сущности, этой декларацией митрополит лишь снял с себя ответственность за действия тверичей, но отнюдь не запретил сам поход на Новгород.

Comments are closed