Ведущий религиозный и культурный центр

Известно, что именно Ростов в силу ряда обстоятельств стал во второй половине XIII — начале XIV в. ведущим религиозным и культурным центром Северо-Восточной Руси. Заботясь о становлении московской культурной традиции, Иван Калита должен был искать пригодных для этой работы людей прежде всего в Ростове. Одним из них был ростовский епископ Прохор. Он был близок с Иваном Калитой и митрополитом Петром, активно участвовал в посмертном прославлении последнего.

С Ростовом Ивана Калиту связывали и устойчивые политические интересы, и личные родственные связи. Вое это позволяет предположить, что первый спасский архимандрит Иван прежде возглавлял ростовский Авраамиев монастырь. В 1346 г. он вернулся в Ростов уже в качестве епископа и умер здесь в 1356.

Если данное предположение верно, становится более понятным и сообщение Никоновской летописи о посольстве Ивана Калиты к митрополиту Феогносту в Киев по вопросам, связанным с основанием Спасского монастыря®1. Решение о переводе архимандрита из одной епархии в другую могло быть принято только высшей церковной инстанцией.

Деятельность архимандрита Ивана в Москве началась около 1330 г. и закончилась в 1346 г., когда он был возведен на ростовскую кафедру. В этот период московское летописание представлено последовательной чередой точно датированных записей, относящихся прежде всего к делам церковным или к событиям в семье Ивана Калиты. Как бы подытожив княжение Ивана Калиты Сводом 1340 г., московский летописец и после этой даты продолжал до середины 40-х годов XIV в. вести погодные записи в том же стиле и с тем же вполне определенным кругом интересов. Характерным признаком этого стиля можно считать свойственное всем трем произведениям, посвященным Ивану Калите (Похвала в Сийском Евангелии, летописная запись о «великой тишине» 1328 г., летописный некролог под 1340 г.), увлечение эпитетом «великий»-. Постоянное его использование придает стилю московского летописца (архимандрита Ивана?) патетическую приподнятость и мистическую многозначительность.

Другая столь же характерная черта этого выдающегося московского книжника — приверженность теме «всей Русской земли». Она звучит не только в его летописных и внелетописных произведениях, посвященных Ивану Калите, но также и в рядовых, погодных известиях московской летописи второй четверти XIV в.

Comments are closed